Stop the Madness

В суде:
- Отлично, коллега, масса дел против забастовщиков помогает
сохранять среди нас полную занятость…
(Заголовок газеты гласит: “Шахтеры бастуют против потери рабочих мест”. Надписи на двери: “Судебные запреты”, “Законы”)

Полицейская “лотерея”
- Так где тебе выпало дежурить сегодня:
на базе в Гринэм-Коммон или в пикете шахтеров Йоркшира?

Их “свобода”.
1972

-Вы искали пропавших без вести. Пожалуйста, проходите, вот они!

В правительственном учреждении:
- Действительно, вы государственный служащий, но это не означает,
что вы пользуетесь гражданскими свободами!

Позор ХХ века

Первые шаги

В Северной Ирландии
- Признаешь себя свободным?!

Сорок пять миллионов развеселых ловцов форели — подумать только! — обретается в Соединенных Штатах. Две парадные статьи в журнале «Америка» призваны доказать, что Соединенные Штаты переживают прелестный форелеловный бум.
«Увлекались ловлей два президента, — пишет журнал, — Герберт Гувер и Дуайт Эйзенхауэр. Возможно, разгадка здесь в том, что ловля форели на мушку настолько всепоглощающа, что она отгоняет всякие житейские заботы и назойливые мысли».
Поэтому, как сообщает журнал «Америка», множество рыбаков «в разгар лета отправляются в Арктику, где ловят здоровенных рыб в таких количествах, что их, как дрова, можно складывать в штабеля».
Ну, и пока туристы на Аляске штабелевали рыб, коренной житель Аляски, двадцатилетний эскимос Джордж Третикоф — не умирать же голодной смертью! — поймал форели себе для еды. Ему, как и другим эскимосам, постоянно голодающим, были очень нужны эти рыбы. И процесс ловли форели небесполезен для эскимоса, ибо, как мы уже знаем, рыбалка даже у президентов Гувера и Эйзенхауэра «отгоняла всякие житейские заботы и назойливые мысли», а таких мыслей у эскимоса Аляски много больше, чем у президента.
И что же? За ловлю рыбы коренной житель Аляски Джордж Третикоф из голодающей эскимосской деревни был брошен в тюрьму.
— Между белыми и аборигенами — большой конфликт, — рассказывает Джордж. — Сюда приезжают полчища охотников. Администрация штата, идя у них на поводу, вводит ограничения на охоту и рыбную ловлю. Выходит, мы официально обречены на голодную смерть, когда они нам запрещают промысел…
И в то время, пока Третикоф томился в кутузке, туристы, наводнившие Аляску, штабелевали рыб. И Крейг Клейборн, обозреватель кулинарного отдела газеты «Нью-Йорк таймс» со своим другом Пьером Франи, шеф-поваром блистательного нью-йоркского ресторана «Ле павильон», печатно втолковывали туристам возле форелевых поленниц: форель, друзья, лучше всего приготовить по рецепту «Marquery» — в креветках, шампиньонах, белом вине, соке мидий, желтках и сливках, с гарниром из петрушки.
Тут, конечно, эскимос Третикоф проиграл газете «Нью-Йорк таймс» и ресторану «Ле павильон», потому что его рецепт потребления форели никак не подходил для туристов, прилетающих отвести душу в Арктику. Вот какой это рецепт, общеаляскинский эскимосский: «Если найти и взять себе то, за что не карает закон, — рыбью голову с личинками и вычистить личинки, — голова эта будет вполне съедобной».
Вот такая петрушка…

- Итак, ты по-прежнему утверждаешь, что у нас нет демократии?